Самарский левый активист, журналист и помощник депутатов от КПРФ Григорий Оганезов сообщил о невозможности вернуться в Россию. Как он вчера написал в своём телеграм-канале, эмигрировать он не планировал: «Я находился на лечении в Смоленске, затем съездил в Минск по делам, а после оказался в Тбилиси из-за болезни близкого родственника. План был простой: помочь ему, решить необходимые вопросы и вернуться в Россию». Но кое-что пошло не так…

Вернуться домой, по словам Григория Оганезова, ему не позволили возбуждённые в отношении него исполнительные производства, «в рамках которых мне ограничили выезд из России». «Так я оказался за пределами страны — без плана на эмиграцию и практически без денег. Мой стартовый капитал составлял 25 евро наличными», — пишет активист.

Оганезов подчёркивает, что за четыре с половиной года СВО из России не уезжал, а обыск у него прошёл «почти сразу» после её начала.

«В 2022 году был задержан мой товарищ Кирилл Украинцев — профсоюзный активист, против которого возбудили уголовное дело из-за его профсоюзной деятельности. Для меня это, как и репрессии против других левых активистов, было не поводом уезжать, а, наоборот, мотивацией оставаться в России и помогать своим товарищам», — объясняет он.
«Я был и остаюсь самарским журналистом, левым политиком и политтехнологом. Пересечение границы не меняет ни моих взглядов, ни моей связи со своей страной. Я никогда не принимал и не приму на себя роль эмигранта», — заявляет Оганезов.

Часть деталей происходящего он раскрывать отказывается:

«Есть вещи, о которых я пока не могу говорить публично: в России остаются мои близкие, и я не хочу создавать для них дополнительные риски». Когда он сможет вернуться, Оганезов не уточняет, но обещает: «Обязательно вернусь. И буду продолжать бороться за идеи социальной справедливости и равенства».

Блогер и политтехнолог Дмитрий Савчук предлагает не административную, а электоральную трактовку случившегося.

«Оганезов — руководитель предвыборного штаба кандидата от КПРФ Михаила Абдалкина (действующий депутат, получивший известность как «красный макаронный монстр» за прослушивание послания президента с лапшой на ушах – Прим. ред.). Именно на Оганезове держалась вся сеть агитаторов КПРФ в Новокуйбышевске и смежных территориях (предвыборный округ Абдалкина)», — пишет Савчук.

По его словам, «выдавливание Оганезова из России (через обыски, наружное наблюдение, исполнительные производства, ограничения на выезд и т.п.) — это не просто административное давление на активиста. Это обезглавливание штаба Михаила Абдалкина: без ключевого организатора рвётся координация агитаторов, рассыпается сеть доверенных лиц, теряется темп кампании».

Для региональной политики, отмечает Савчук, это «классический приём: нейтрализовать не лидера, а орговика. Того, кто умеет собирать людей, распределять задачи и держать ритм кампании». В результате, по его оценке, «кандидат остаётся формально "в игре", но его кампания резко теряет управляемость и эффективность» — административный ресурс бьёт «не по самому кандидату (которого сложно снять с предвыборной гонки до дня голосования), а по его организационному ядру — тем, кто реально тащит кампанию "на земле"».

Если Оганезов действительно был организационным стержнем штаба Абдалкина, заключает Савчук, «его вынужденный отъезд — это не личная драма одного активиста, а системный удар по левой оппозиции в конкретном Самарском регионе». При этом, добавляет блогер, пока сам Оганезов вынужден молчать о деталях преследования, «этот удар остаётся недокументированным, но оттого не менее реальным».